15:43 

Фанфик: За всё надо платить. Продолжение.

Глава 2. Каждый за себя.

Работа на Юпитере началась … ну очень интересно.
Их набралось четверо, «негров-рабов», как про себя назвала их Риита Хольм, и каждый таил в себе потенциальную угрозу.

Молоденькая Юки Сулу. Судя по взглядам, которые она бросала на адмирала Маркуса и не научилась еще скрывать, мало того, что его протеже, так ещё и явная стукачка, работавшая в этом качестве не за страх, а на совесть. Не то чтобы Риита собиралась порицать адмирала за подобные методы, но иногда так и тянуло предостеречь девочку. Управление женским персоналом по принципу «слегка влюби в себя подчинённую - и получишь всё и это тебе ничего не будет стоить» никак не предусматривало ответных чувств. Но, с другой стороны, ей-то, Риите, было сразу же понятно, что в своих играх с Юки адмирал далеко заходить не намерен. Не тем человеком он был, чтоб дать такое тактическое преимущество кому бы то ни было. А стукача в коллективе лучше уж знать, чем не знать.
Её бывшая пассия Эдвин Марлоу. Доверенное, доверенней уж некуда, лицо адмирала Маркуса. Доверчивым, правда, адмирала мог бы назвать только очень наивный человек, но без помощников даже он обойтись не сумел. Встретив Марлоу на знакомстве со всем коллективом разработчиков, Риита удивлённо посмотрела на начальника 31-ой Секции: Маркус хорошо знал, что скандалы в бывшей почти-семье довели обоих до того, что они чуть не закончили совместную жизнь по разные стороны фазерного прицела, в силу чего им категорически не рекомендовалось делить пространство, меньшее, чем одна квадратная миля. Но, хвала тебе, боже, на этот раз Эд не будет постоянно нависать над душой и периодически намекать на постель, выводя её этим из равновесия.
Специалист по вооружениям Дэн Слэттери. Кстати, один из бывших Лины, воистину "достойный экземпляр": стройный шатен с голубыми глазами, невозмутимый и любезный. Очень хороший специалист по вооружениям, но плохой специалист в области человеческих коммуникаций. Самым прямым путём считал путь обходной и делал карьеру в буквальном смысле за спинами коллег. Интересно, что бы сделал с ним Маркус, если бы Лина, обнаружив истинную причину их пылкой любви, сдала бы его с потрохами адмиралу, а не просто выкинула его из постели и своей жизни, иногда думала Риита. С этим "экземпляром" держать ухо востро приходилось днём и ночью, дважды и трижды перепроверяя за собой: заблокирован ли доступ, сменен ли пароль, не осталось ли где набросков и учтены ли все положения регламентов в проектах. Кроме того, Риита прекрасно знала, что папочка «экземпляра» давно окопался в Лондонском офисе и имел довольно большой кредит доверия Маркуса.
Last not least, Майк Шэди, уровень А5. Кто он такой, Хольм определить затруднилась, но с первого взгляда было очевидно, что программирование – далеко не всё, на что способен этот светловолосый сероглазый мужчина. Об этом говорило его супертренированное тело, явно проводившее время не только за компьютерным терминалом, его быстрая реакция и не менее быстрое умение расслабиться в обманчивом спокойствии. В особенности настораживал его взгляд, цепкий, жесткий, мгновенно охвативший при знакомстве всю ее фигуру и уж точно сделавший это не ради удовлетворения мужского любопытства.
Но всё это были цветочки по сравнению с этим вундеркиндом, которого звали Джоном Харрисоном.

- Разрешите представить главного конструктора того, над чем вы вместе будете работать, - адмирал Маркус отступил. Стоявший за ним высокий брюнет, державшийся очень прямо, сделал шаг вперёд и отрешенным взглядом обвёл поднявшихся из-за стола людей. – Лейтенант Джон Харрисон. Вы все здесь для того, чтобы всемерно помогать ему в работе.
- Адмирал, я уже высказывался на этот счёт, - голос Харрисона оказался глубже океана, а отстранённый холод в нем наталкивал на мысль, что это Северный Ледовитый. – Мне помощь не нужна, я, как вы видели, справляюсь и сам.
Риита не знала, чего ожидала увидеть, какой супермозг, но от слов Харрисона и его тона у неё мгновенно свело челюсти. Ему явно было просто плевать на всех.

Хорошая будет группа – каждый за себя.

- Джон, а я уже говорил, что дело не в тебе, - адмирал взмахом руки подал всем, в том числе Харрисону, знак сесть и сам опустился в кресло у стола. – Твой интеллект способен заменить четверых, но рук от этого у тебя больше не стало, и рабочее поле компьютера может обрабатывать в оперативной памяти не более двух проектов, учитывая, сколько места они требуют…
- Я же вас предупреждал, что компьютерная система базы нуждается в модернизации.
- Ты этим сможешь заняться, если тебя освободить от доведения до ума множества элементов, которые ты уже сделал в концепции. И от должного оформления документации тоже. Согласен?
Харрисон пожал плечами.
- Хорошо, раз вы так хотите…
- Считаю необходимым. Вот увидишь, работа пойдёт значительно быстрее. Юки Сулу и Риита Хольм специалисты по инженерному делу, лейтенант Хольм к тому же имеет медицинское образование и займётся медблоком звездолёта.

Харрисон поочерёдно взглянул на обеих. Смугловатая Юки напоминала произведение искусства, полную гармонии изящную статуэтку. Головка девушки с чуть раскосыми темными глазами, гладкими блестящими черными волосами и ртом, словно вырезанным из красного дерева, была экзотически красива, а весь ее облик носил отпечаток юности и свежести. В противоположность ей Риита была довольно высокой, с темно-рыжими волосами, подцвеченными медовыми бликами, со светлой кожей, какая часто бывает у рыжеволосых, и с прозеленью в упрямом взгляде средне-карих глаз. Никто не назвал бы ее юной, но сочетание женственных форм тела, нежного, как роза на снегу, румянца и мягких розовых губ интриговало и завораживало.
Однако во взгляде серо-голубых глаз Джона Харрисона не мелькнуло никакого интереса, естественного со стороны мужчины при виде таких разных, привлекательных по-своему, женщин.

- По фазерам и торпедам прошу к Дэну Слэттери, по компьютерным системам и системам безопасности – к Майку Шэди, - продолжал тем временем Маркус. - Общий ход работ координирует Эдвин Марлоу, он же решает все административные вопросы. Всем всё ясно?
Харрисон медленно останавливал взор на каждом сидящем, как будто записывая изображения в память, и Хольм поёжилась. В светлых миндалевидных глазах "вундеркинда" отчетливо читалось полнейшее равнодушие, почему-то это задевало сильнее открытой неприязни и вызвало раздражение. В самом деле, у неё отобрали возможность делать что-то самой, связали, фигурально выражаясь, руки и превратили в придаток компьютера ради вот этого человека, который, похоже, сам наполовину вычислительная машина...

Она не думала в тот момент о том, что эти размышления, испытываемая ею горечь, уязвлённое самолюбие легко считывались хорошо ее знавшим и сидевшим по левую руку от адмирала Маркуса Эдом Марлоу, и тот мысленно поздравлял себя с правильным прогнозом. Дайте только начаться работе, думал Марлоу, и адмирал увидит, как точны его характеристики.

***


Дальше дела, вместо того, чтобы исправиться, пошли хуже. Харрисон знал всё обо всём, что касалось конструирования звездолётов и вообще того, что можно в принципе заставить летать, но Риита начинала нелогично желать, чтобы он этого не знал. Или, по крайней мере, не демонстрировал свои знания в манере компьютера, дающего справку.
Он работал, как одержимый, неимоверно быстро давая пояснения, и даже не думал повторять их дважды. Этот вундеркинд, в сердцах говорила себе Хольм, кажется, ожидал, что и все могут функционировать в таком же ритме, не спать и не есть. Намёков он никаких не понимал, прямо высказанные претензии игнорировал. Ради собственного душевного спокойствия Риита решила считать это признаком высокого профессионализма и работоспособности, а не стремлением указать, что каков поп, таков должен быть и приход. Пришлось ей все-таки идти на поклон к Эду, и тот отселил Харрисона в кабинет за полупрозрачной перегородкой, чтобы хоть можно было спокойно погасить свет в лаборатории и уйти спать без брошенного в спину и бесившего до жути снисходительного взгляда.

Два дня назад Харрисон перекинул ей наброски узла распределения энергии будущего торпедного отсека, сопроводив это кратким примечанием: «Максимально быстро». Энергетические схемы обычно давались Хольм легко, но над этими она колдовала уже вторые сутки. По чертежу этого вундеркинда, ёмкость торпедного отсека увеличивалась вдвое, что означало, что и точек подачи энергии к торпедным аппаратам должно было быть вдвое больше, но резерв свободного пространства для размещения всего этого Харрисон заложил только 20%!
Она перепробовала уже вариантов десять, и каждый требовал уйму времени на расчёты, а приводил в итоге к одному и тому же – наложению потоков. Хоть ты тресни, думала Риита, что ж ты имел в виду, проектируя это попаданство?

- Лейтенант Хольм, - баритон выглянувшего из-за перегородки Харрисона оторвал Рииту от обдумывания очередного, то ли одиннадцатого, то ли двенадцатого, варианта. – Вы долго будете возиться со столь очевидным решением?
«Это в какой части оно очевидно?» - хотела язвительно спросить Хольм, но вместо этого произнесла.
- Не соблаговолите ли, лейтенант Харрисон, дать пояснения, каким же именно образом можно втиснуть двойную массу чего-либо в объём, больший только на пятую часть? Без потерь в конфигурации, разумеется.
При первых же признаках начинающегося конфликта Юки, Майк и Дэн отвлеклись от своих экранов и с одинаково заинтересованным выражением лиц уставились на Харрисона, в три плавных шага подошедшего к рабочему месту Рииты. Светлые глаза его стремительно обежали экран и этим взглядом он, казалось, впитал детали всех вариантов, которым хватило на нем места. Риита, сложив руки на груди, ждала его реакции, и зеленоватый отблеск упрямства в ее глазах стал гораздо заметнее. Харрисон хмыкнул углом рта и его странные, словно покрытые ледяной корочкой, глаза упёрлись прямо в женщину.
- Я полагал, что вы сами догадаетесь о возможности использования здесь синергетического варианта взаимодействия потоков, лейтенант.
В помещении повисла тишина, которую можно было бы разрезать ножом.
- Простите, как?
- Не догадались, понятно. Тогда показываю…

Харрисон оттеснил Рииту от экрана, поднял собственный первоначальный чертёж и легкими касаниями начал прорисовывать линии.
- Это же просто. Вот здесь вы разрываете цепь и ставите общий конденсатор потоков, после этого вот тут добавляете общий рукав и ставите продольную перегородку из церидия, надеюсь, его-то свойства вам знакомы? Он послужит чем-то вроде полупроницаемой анизотропной мембраны и энергия, обтекающая эту мембрану, будет и делиться на два рукава в поперечном направлении, и усиливать сама себя в продольном. Таким образом, закладывая взимодействие церидия и энергетического потока, на выходе получаем самоусиление потока в ... а вот во сколько именно, вам и требовалось посчитать. Это что, так сложно?
Всю эту тираду Харрисон произнес на одном дыхании, успевая при этом манипулировать экраном и говоря самым что ни на есть невозмутимым тоном. У Хольм глаза заволокло красным туманом гнева. Ну неужели трудно было сказать сразу? Или написать хоть два слова пояснения? Да хватило бы и одного!
- Значит, я два дня потратила только потому, что вы не считаете нужным дать надлежащие указания?

Харрисон выпрямился во весь свой немалый рост и тоже скрестил руки на груди. В воздухе ощутимо пахло грозой, но ни тот, ни другая этого как будто и не замечали, продолжая есть друг друга неодобрительными взглядами.
- Не думал, что это требует каких-то дополнительных указаний.
- Не знаю, что вы там себе думаете, лейтенант Харрисон, но среди нас телепатов нет. Как я должна была понять, что вы держите в голове вариант с церидием? На вашем чертеже нет никакой мембраны!
Маленькое конструкторское бюро продолжало наслаждаться стычкой, краем глаза видела Риита. Уж точно кто-нибудь да доложит наверх.
- Учту на будущее, лейтенант. А теперь скажите, когда вы сможете закончить расчёты?
- Сегодня закончу, - буркнула Хольм себе под нос.
«Даже если останусь без сна», - добавила она про себя.

***


Юки встретила адмирала у ангара для шаттлов.
- Ну, я вижу, вам не терпиться поделиться новостями! – в тоне адмирала еле слышно плескалось веселье. – Проводите меня до кабинета и расскажите, как вы здесь освоились. Как вам Джон Харрисон?
- Спасибо, всё в порядке, сэр, - почтительно ответила девушка. – Лейтенант Харрисон действительно чудо какое-то. То, что он может делать … я даже не представляла, что это возможно…
- Помните, кто он такой, лейтенант Сулу.
- Помню, сэр, вот только… - Юки замялась и адмирал повернулся к ней.
- Что-то не так? Говорите, не скрывая, я должен знать всё.
- Он в общении… - Юки помолчала, подбирая слова, - …наверное, чересчур прямолинейный.
- И что с того? – Маркус пока не понимал, к чему она клонит. Конечно, Харрисон «прямолинейный», он же, по сути, чистый лист бумаги в области социальных навыков. – В чём проблема?
- С ним трудно, сэр. Я помню, вы предупреждали об этом, и просили вам сказать. Лейтенант Харрисон и мысли не допускает, что мы нуждаемся в каких-то пояснениях, ему-то все ясно. Из-за этого у него не складываются отношения с лейтенантом Хольм, - решилась Юки. – Они уже несколько раз…
- Напряжённо выясняли, кто лучший, - пришёл на помощь адмирал, представивший себе эту картину. – Это как-то сказывается на работе?

- Думаю, да. Дэн лучше его понимает, а Майк не боится переспросить, если что. А вот Риита, она этого терпеть не может и начинает горячиться, а я его немного боюсь.
- Хорошо, я поговорю с Эдвином, и с Джоном, пожалуй, тоже. А вы его не бойтесь, будьте для него не ураганом по имени Риита, а теплым солнышком. И, кстати, у вас не сложилось впечатления, что воспоминания лейтенанта Харрисона стали возвращаться?
Вопрос был задан равнодушным тоном, как бы мимоходом, но если бы Юки отличалась большей наблюдательностью или лучше знала бы адмирала, от неё не укрылся бы всплеск интереса в его глазах.

- Я так не думаю, сэр, - не могло быть никакого сомнения в искренности её голоса. – Он такой же, как и в тот день, когда вы нас познакомили. Ровный, невозмутимый, всецело погружен в работу и ничто другое его будто и не волнует. Я даже не знаю, спит ли он когда-нибудь.
- Мы тоже были бы такими, если бы родились веком или двумя позже, эволюция на месте не стоит. Но мы уже пришли, заходите, и я жду доклада о наших 72 гостях в Лондоне.
- Конечно, сэр, отчёт вас ждёт.

***


Столкновение по поводу медотсека поначалу выглядело еще более некрасивым. Занятая расчётом инженерных систем обеспечения автономного функционирования медотсека и вынужденная постоянно координироваться с соображениями и проектами Шэди по этому вопросу, она только через несколько дней обратила внимание на основное: куда вообще Харрисон планировал поместить медслужбу. Это уже ни в какие ворота не лезло, и она решительно направилась за перегородку.

Харрисон, пальцы которого так и летали по сенсорной панели, даже головы не повернул.
- Я вас слушаю, лейтенант Хольм.
«Так хотя бы из вежливости оторвался бы на секунду», - проворчала на грани слышимости Риита.
- Это я вас хотела бы послушать, если вы будете так любезны, - максимально доброжелательно сказала она.
Харрисон перевёл на неё глаза и Риита готова была утверждать, что в них на долю секунды промелькнуло раздражение.
- Что вы хотели услышать от меня? Надеюсь, это что-то существенное, вы оторвали меня от дела.
«Ну да, а мы тут так, для мебели».
- Прошу вас пояснить, почему вы в проекте убрали медотсек с палубы В?
Брови Харрисона в недоумении взлетели.
- Полагаю, что так помещения на палубе В будут использованы с большей эффективностью. Не помню, чтобы я что-то этим нарушил. Или существует какой-то регламент, которого я не знаю?
- Очевидно, существует.
- И какой же?

Вот теперь ранее смутно ощущаемое раздражение перекочевало уже в тон Харрисона. То ли он негодовал на то, что его оторвали от чертежей, то ли на то, что выразили сомнение в его компетенции. Риита усмехнулась.
- Вы нарушили регламент здравого смысла, лейтенант. Расположение медицинской службы именно в центре палубы В выбиралось исходя из того, что это самое безопасное место на корабле класса «Конституция», а ведь ваш проект – это модернизированная «Конституция», верно?
- В целом верно.
- Тогда почему вы сдвигаете медотсек туда, где его невозможно будет изолировать и обеспечить его автономное существование в случае угрозы захвата корабля, так как это потребует перепроектирования системы жизнеобеспечения трёх палуб? И чем таким более важным вы собираетесь занять это самое безопасное место, скажите на милость?
- Но технический регламент этого не запрещает… - возразил было Харрисон уже не таким раздражённым голосом. Будто он что-то не понимает, а что не понимает, ещё не понимает, подумала Риита.
- Кроме технических, есть ещё регламенты простой человечности, хотя не все они записаны в приказах.
В ответ на это резкое замечание женщины между бровей вундеркинда пролегла складка и он отсутствующим взглядом посмотрел куда-то сквозь экран, явно забыв про свою важную работу.

- Хорошо, я вас понял, - внезапно проговорил он. – Изменения внесены не будут. Это не слишком затруднит работу вас и лейтенанта Шэди?
«Достаточно затруднит, придётся пересчитывать полмедотсека, но уж лучше так, чем убрать его в другое место».
- Это наше дело, лейтенант Харрисон. Разрешите вернуться к работе?
- Идите, - и мужчина опять погрузился в какие-то свои расчёты.

***


- Эд, я слушаю и надеюсь, что ты оторвал меня от Апдайка ради важных новостей.
- Адмирал, я случайно узнал, что у Харрисона уже некоторое время наблюдаются кошмары.
Глаза Маркуса сузились, он сорвал очки и отбросил в сторону книгу, которую читал.
- Что значит случайно узнал?
- Он стал оставлять ночью слабое освещение в спальне. Другого объяснения тому, что я видел, нет.

Это был первый признак того, что мозг восстанавливался, доктора его об этом предупреждали. А как они-то это пропустили?
- Коммандер Марлоу, - в голосе адмирала зазвенел металл, - я хочу знать причину, по которой об этом мне рассказываете вы, а не доктор Коулман.
- Харрисон от него это скрыл, сославшись на сильные головные боли.

У адмирала засосало под ложечкой. Как много уже успел вспомнить этот отмороженный гений, если им не доверял? Проект дредноута доведён только до половины, новые торпеды собраны в единичных экземлярах, чтобы пройти первый отстрел на натуре, а там ещё сбор данных, обсчёт, вторая корректировка, опять испытания…
- Харрисон не должен вернуть память ещё как минимум полгода, объясни это идиоту Коулману. Пусть делает, что хочет, с каким хочет препаратом, но чтобы при этом мозг Харрисона работал как лучшая вычислительная машина. Что на Фомальгауте?
- Безрезультатно, - послышался холодный ответ в трубке.
- Который?
- Третий. Продолжать?
Адмирал мысленно ругнулся. Нет, бросить на полдороге.
- Не задавай дурацких вопросов и не будешь слышать дурацкие ответы. У них ещё столько же попыток, результата не будет – лягут на столы сами. Ясно?

Адмирал в раздражении швырнул трубку в кресло рядом с диваном. Ни с кем работать нельзя, ни у кого нет перспективного мышления. Неужели по Харрисону не видно, что эти люди - ключ к сокровищнице знаний и умений? Если проникнуть в эту сокровищницу, Федерации некого и нечего будет опасаться, она перестанет только догонять и начнет, наконец, играть первую скрипку обоих квадрантов.

Но если Харрисон уже начал что-то вспоминать, надо прежде всего понять – что.
Приставить к нему охрану? Преждевременно, пока хватит и плотной опеки Шэди.
Вкатить ему порцию Майрана-25, самого сильного на сегодняшний день комбинированного препарата для развязывания языка? Слишком радикально. Могло не подействовать или, хуже того, язык развязать, а Харрисон после этого скончается, потому что эти, на Фомальгауте, не выяснили, как его создавали, что и где правили в его генетике. То, что не удалось повторить, единичный случай, а не методика, и выводы делать на его основе опасно.

Пожалуй, он поговорит с ним сам, по-дружески, решил адмирал. Последует своему же совету, данному Юки: будет солнышком.

@темы: Ребут

URL
   

Кораблю - взлет!

главная